Да диферамбы понятно будут петь, особенно, если они проплаченные..сколько уж бездарей прорвавшихя со своей литературой.
Вопрос, как у русских не может быть блюд из мяса? Ну бред же. Т.к. из покон веков были охотники, а мясо что? не ели что ли? Закапывали, т.к. не знали, как готовить?
И вот оказывается только Эвропа спасла русских, показав им свои блюда....прям даже страшно подумать, как население России дожило до этих блюд, чем питалось? Небось травичкой, кореньями и еще мало калорийной гадостью).
А! еще, не в этом отрывке, еще где то в его писании встретила, что и блюда из грибов русским кто то показал. ПЦ просто. Да на Руси, грибы ваще называли самой главной пищей.

Пойду покопаюсь в гугле, за кого этот Похлебкин муйню пишет.

Лапки лягушачьи и вот то, что ты перечислила...эт они голодали, да баб своих сжигали, видать гомосятина уже в те времена не давала им покоя).

Ну што, прочитала я про Похлебкина...Тададам! Вэй, наши люди!).

Отец его был  революционер Василий Михайлович Михайлов, взял псевдоним себе Похлебкин. По признанию самого Похлёбкина, его прадед был крепостным и служил поваром и преуспел в приготовлении похлёбок, откуда, предположительно, и пошла фамилия.
Внимание! О матери ни ЕДИНОГО СЛОВА!(ну эт я только википедию глянула).
А зовут Похлебкина не просто В.В., полное имя Вильям-Август, по одной версии в честь Шекспира(ну откуда у крепостных крестьян в голове Шекспир??? Думаю, дело в матери.), по второй версии в честь В.Ильича Ленина(ну допустим, имя Вильям еще как то можно собрать, а Август?). Он(Похлебкин), оказывется еще  был советский и российский историк-скандинавист, геральдист. Специалист по истории международных отношений и кулинарии. Чуете? Откуда ноги растут об Эвропе?
Они ему даже премию присудили в начале 1970-х - 50 тыс.(а по другой версии в 200), за монографию «Урхо Калева Кекконен». Кекконен признал этот труд лучшим в ряду его биографий. Но его не выпустили за границу и премия отошла советскому правительству(не знаю, какие порядки вручения премий, но разве они просто не остаются на месте, если кандидат за ней не приехал?).

Дальше.

Ссума просто сойти!!! "Прошел почти всю войну разведчиком", ранен был мод Москвой! Под Москвой гитлеровцы были в 1941!!! Так какую ВСЮ войну он прошел!? Кто это писал вААще???

Не понимаю, как можно было сказать о полученной одной 4-ке по марксизму-ленинизму, за что не получил красный диплом, а так же про крапиву. НО! Когда Похлебкина убили, толком ни кто не знает, как его обнаружили, оказывается и на этот счет есть несколько версий.
Толи его соседи нашли, т.к. давно не видели(через пару недель), толи  Борис Пастернак, т.к. Похебкин не пришел в назначенное время.
В общем Википедия, она такая википедия.

Не буду глубоко копаться, кто хочет пусть сам посмотрит.

В общем дело темное с его происхождением, да и вся биография написана абы как, много непонятного и видимо замазанного...без архива не разобраться. Ну эт, если бы я писала диссертацию, я б конечно все архивы перевернула).
Много трудов написал, чего не отнять.  Я правда его не читала. А надо бы.
https://ru.wikipedia.org/wiki/Похлёбкин,_Вильям_Васильевич

Книга о Сталине

«Великий псевдоним» – небольшая по объёму книга Похлёбкина о Сталине, изданная к 130-летию со дня его рождения. Тем не менее она наголову разбила идеологические стереотипы прежних историков и исследователей, причём как апологетов вождя народов, так и его противников. Для начала строгий учёный поставил диагноз: «Почти все биографы Сталина принадлежат к субъективным идеалистам». Такое методологическое заявление, конечно, мало кому из собратьев-историков могло понравиться, но съели бы. Всё-таки перестройка, гласность уже утвердились в правах. Но Похлёбкин на этом не остановился. «Парой бездарнейших фальсификаторов, создавших исторически безграмотные и фактически грубо ошибочные «опусы-фолианты» он назвал не кого-нибудь, а учёных в фаворе – Ф.Д. Волкова и Д. Волкогонова (умер в 1995 г.).

Вознегодовали демократы, представители либеральных перестроечных партий. Похлёбкин, конечно, признал вину Сталина в репрессиях. Но что он пишет?! Репрессии «обрушились не только на классовых врагов, но прежде всего на партийцев. Пусть, мол, они и судят. Ему, видите ли, не нравится, что «факт этот используется для очернения всех коммунистов, всех идей, мыслей и принципов социализма их нынешними классовыми противниками», – возмущались противники.

Однако вознегодовали и коммунисты, в особенности бывшие лидеры и правители, о которых, например, было сказано: «Сталин создал богатую державу из разорённой, нищей, отсталой страны. Его же «наследники» своим нерадивым и бездарным правлением превратили богатую страну в нищую».

Возмутилась интеллигенция, обвинённая в культе личности и других «извращениях». Похлёбкин им в лицо бросил: «Виноваты вы сами, вы, и только вы одни, и те, кого вы – по глупости или из страха и подхалимства выдвигаете во власть и поддерживаете во власти».

Почли себя оскорблёнными выразители чаяний Кавказа, к примеру, по поводу раннего псевдонима Сталина – Коба: «...царь Коба за два года до смерти зверски расправился со всеми своими бывшими союзниками».

Сфера обслуживания оказалась тоже униженной, ибо, по Похлёбкину, «все те, кто жил за счёт посреднического обмана, или обвеса, обсчёта и обмера при базарной торговле, кто торговал чужим сырьём и готовыми продуктами, – все они оказывали сдерживающее, консервирующее, регрессивное воздействие...»

Обиделись националисты, так как Похлёбкин утверждал: «Сталину... пришлось уповать только на приказы, наказания, репрессии как на единственную возможную форму эффективного руководства страной, где прежде столетиями процветали и укоренялись разгильдяйство, наплевательское отношение к казённой собственности, взяточничество, воровство и мошенничество». И это о России?!

Впрочем, и далёких американцев умудрился он задеть: «Отсидевшаяся от войны за двумя океанами Америка, разжиревшая на военных заказах за счёт ослабления всех других стран, – эта наглая, бесстыжая, гангстерская Америка – находилась в чрезвычайно удобном, недосягаемом положении и из этого своего логова нахально угрожала уже всему миру, а прежде всего СССР».

Книга Похлёбкина была наполнена раздражающе неожиданными открытиями: «Что послужило для Джугашвили источником или основой для выбора нового псевдонима? Фамилия либерального журналиста, вначале близкого к народникам, а затем к эсерам, Евгения Стефановича Сталинского, переводчика на русский язык поэмы Ш. Руставели «Витязь в тигровой шкуре». Таким образом, даже «русский» псевдоним, специально предназначенный для деятельности в России, оказался у Сталина тесно связанным с Грузией, Кавказом, его культурой и с воспоминаниями детства и юношества».

Ещё одно открытие: оказывается, «магика цифр оказала на Сталина влияние в детстве, что весьма обычно в условиях Востока, и особенно учитывая семинарское, духовное образование Сталина».

«Сталин... используя интуитивно и сознательно некоторые черты русского характера, умел располагать к себе ямщиков на сибирских трактах. Он говорил ямщикам, что денег у него на оплату поездки нет и он предлагает платить по «аршину водки» за каждый прогон. Ямщик со смехом начинал уверять явно нерусского инородца, что водку меряют ведрами, а не аршинами. И тогда Сталин вытаскивал из-за голенища деревянный аршин – досочку длиной 71 см, доставал из мешочка несколько металлических чарочек, плотно уставлял ими аршин, наливал в них водку и показывал на практике, как он понимал «аршин водки». Это... приятно «тормошило» русского человека в обстановке серости и обыденности провинциальной жизни».

Но главное было не в этих неожиданных и по большей части неизвестных деталях. Главное было в том, что Сталин Похлёбкина был не похож на их Сталина. Ведь трудно быть спокойным, когда на твоих глазах рушится миф, пущенный ещё в 20–30-е годы троцкистами, мол, вождь-то был «недалёким, малообразованным человеком и, уж во всяком случае, не обладающим качествами «европейского интеллигента», «азиатом». А он у Похлёбкина, оказывается, свободно читал по-немецки, знал латынь, хорошо – древнегреческий, церковнославянский, разбирался в фарси (персидский), понимал по-армянски, не говоря уже о грузинском и русском, «занимался французским». И страну он знал, и мир видел. Потому-то, с точки зрения Похлёбкина, «Сталин со знанием дела, предметно руководил страной целых три десятилетия», и успешно, а вот послесталинские лидеры Хрущёв, Брежнев, Горбачёв «на несколько порядков уступали Сталину не только в способностях, в личной одарённости, но и в области даже формального и фактического образования, в области знания страны, народа и внешнего мира».

Похлёбкин претендовал на научную объективность историка, работающего с фактами, а не с заданными идеологическими мифологемами. Но, если дело касается Сталина, ни о какой объективности не может быть и речи лет этак сто, по крайней мере. И для чего он всё это затеял? Шёл 1996 год, выборы президента! А он, используя образ Сталина, позволил себе обвинить власть, которая «за какие-нибудь 5–6 лет, ограбив народ и разграбив страну, тем не менее, сделала ещё и долги: внутренних долгов более чем на 300 млрд. долл., а внешних долгов почти на 150 млрд. долларов. Этих долгов народу России не выплатить весь XXI век», – усугубил он положение, в том числе и своё. Интересно, сколько врагов он нажил себе с помощью книги о Сталине? Да легион.

Политические убийства часто замаскировывают под уголовные. Заказчик подбирает исполнителя. И вот банальный неудавшийся (а почему, собственно, неудавшийся? может, деньги в квартире Похлёбкина были) грабёж налицо, но всё-таки убийца не отказал себе в удовольствии оставить грязный отпечаток ботинка не на «Занимательной кулинарии» и не на «Тайнах хорошей кухни», а на книге о Сталине. Словно подписал приговор.

Впрочем, может быть, всё было проще? Что за мужчина продавал книги Похлёбкина о Сталине? Почему писатель ссорился с ним? Только ли из-за денег? Эта версия, как и другие, не дала никакого результата.

http://chudesamag.ru/taynyi-i-prestuple … bkina.html