Владимир Владимирович задумчиво изучал карту Арктики, прикидывая, как лучше обустроить новый аэродром так, чтобы не тревожить проживающую неподалеку семью белых медведей, когда в дверь кабинета постучали.
Вошел Песков.

— Владимир Владимирович, — сказал он. — Простите, что отвлекаю вас от повседневных захватнических планов, но должен напомнить, что 7 июля состоится саммит G20 в Гамбурге.

— Да-да. Председатель Си мне уже напоминал на днях. G20 — это хорошо. Всегда есть с кем поговорить, да и в Германии я давненько не был. Спасибо!

И Владимир Владимирович вновь углубился в карту Арктики, раздумывая, не послать ли туда лидеров либеральной оппозиции, чтобы они, со свойственными им красноречием и талантом, убедили медведей переехать на пару километров южнее.

…В Гамбурге царило праздничное оживление.

К конгресс-центру Hamburg Messe то и дело подъезжали представительские лимузины.

Лидеры стран солидно выходили из автомобилей, улыбались и на несколько секунд замирали под вспышками фотокамер многочисленной прессы.

Прибыл внушительный кортеж делегации Саудовской Аравии. Позолоченный роллс-ройс и вереница пыльных разномастных пикапов с крупнокалиберными пулеметами и черными флагами. Главу делегации пропустили, а остальных завернули, так как автоматы и гранатометы нарушали дресс-код мероприятия. Глава делегации немного повозмущался: мол, почему в Ракке и Мосуле можно, а в Гамбурге нельзя, и что мирные пастухи просто хотели выразить протест варварским бомбардировкам Асада, но охрана была непреклонна.

Охрана также не пропустила в конгресс-центр и крупную девочку в мятой красной шапочке, в очередной раз объяснив Петру Алексеевичу, что его нет в списке приглашенных лидеров и что все эти его переодевания то в альпийского пастушка, то в бременского музыканта не помогут, так как его неизменно выдают тонкие аристократичные черты лица.

Петр Алексеевич обиделся, обозвал немецких охранников москалями, подхватил свою корзинку с пирожками и побрел к отелю, в котором остановился Трамп, дабы подстеречь того после саммита и выпросить сотню-другую долларов.

Мир нуждается в G20 больше, чем когда-либо, заявила Меркель
Чеканя шаг, прибыл участник саммита Евросоюз. Ангела Меркель скомандовала: "Взвод! Стой, айн-цвай! В зал, по одному — бегом марш!" — и встала у дверей, бдительно выхватив из кармана пробегавшего мимо Юнкера фляжку с коньяком.

Как и когда на саммит прибыл Путин, не знал никто, но когда все вошли в зал, он уже скромно сидел в уголке на походной железной табуретке, выкованной из монгольских сабель, тевтонских мечей, шведских мушкетов, французских ружей и немецких автоматов.

— Приветствую тебя, владыка Севера и ресурсов, принадлежащих, кстати, всему демократическому человечеству! — обратился к нему Трамп.

— День добрый, лорд Печатного станка и отец Исключительной нации, — вежливо поздоровался Путин.

— Отзови драконов своих из сирийского неба и Асада своего отдай нам на съедение! — дипломатично и издалека зашел Трамп.

— Дырку вы от бублика получите, а не Асада, — тактично ответил Путин, подумал и добавил: "Убежден".

— Видишь?— Трамп повернулся к Меркель. — Видишь, как он агрессивно разговаривает, а ты у него газ покупаешь и второй "Северный поток" к себе тянешь. Ты, когда он газопровод на тебя направил, не про священный долг перед Свободным Миром думала, не про экономики товарищей своих, а про свой будущий газовый хаб, да про заводики в Штутгарте и Баварии с мерсами, да с бэшечками.

— Да! Да! И про немцев своих тоже думала! — завелась Ангела. — Если я Россию пошлю — ты, горлопан, поставлять газ им будешь?! Этот свой, сланцевый, втридорога, чтобы они на каждый прием ванны кредит в банке брали. Я давно заметила! С тех пор как выигрыш выпал мне в виде русского газопровода — возненавидели вы меня, и все вы стали по-другому ко мне относиться! Все стали по-другому смотреть! Словно я этот газ из-под Варшавы ворую, а не честно у России покупаю.

— Ну, почему же втридорога, — обиделся Трамп. — В два с половиной, мы ж союзники.

— А под Варшавой есть газ?! — подскочил на стуле Туск. — Что, правда?!

— Это она образно, — успокоил его Трамп. — Нет у вас ничего, вы голодранцы. Но скоро мы начнем завозить вам наши, очень-очень хорошие, американские яблоки, и будете вы здоровы и счастливы. А газ мы вам будем в зажигалках поставлять, не переживайте.

— Спасибо… — выдавил из себя Туск, опускаясь на стул и стараясь не заплакать от горького разочарования.

Тут слово попросил Путин.

— Что хочется отметить, — произнес он в немедленно наступившей тишине. — Хочется отметить, что зима близко, и будет она очень холодной. Когда весна придет, не знаю. Так что давайте жить дружно. Спасибо всем за внимание и предлагаю перейти к конкретным мировым вопросам.

После чего он поднялся и ушел в небольшую комнату переговоров. Си Цзиньпин и Трамп неторопливо проследовали за ним, плотно прикрыв за собой дверь.

— Куда это они?— удивился Туск. — А мы? Что будет с нами?

— Нам потом сообщат, что, — меланхолично ответил ему опытный Юнкер, отхлебывая из своей второй фляжки, которую командир взвода ЕС не заметила.

…………..

Тем временем, где-то в Арктике стремительно убегали от разъярённой белой медведицы Гозман с Навальным.

– Скажи ей, чтоб она от нас отстала, я не могу больше! – прорыдал Леонид. – Ты же можешь, ты же школьников сотнями убалтываешь!

– И что я ей скажу? – прохрипел Алексей, сноровисто перепрыгивая через очередную трещину. – Что мы здесь власть? Думаешь, она дура? Господи, ну хоть бы один омоновец на горизонте!

Ссылка