Отметим, что в условиях более-менее успешной войны нет нужды в повальном обучении минно-подрывному делу: у регулярной армии потребность в сапёрах не так велика, как кажется, к тому же подготовка качественного специалиста – задача непростая, а за ошибку некачественно подготовленного минёра часто расплачивается всё подразделение. Когда же поверхностно учат всех и вся – это уже означает, что дело пахнет герильей.

В пользу версии о подготовке к партизанской войне говорит и интенсивность, с которой эти тренировочные лагеря организуются в самых разных регионах Украины...

...Кое-что следует сказать и о режиме в таких тренировочных лагерях. Например, в «Отваге» он состоит из четырех блоков.

Первый включает в себя ряд лекций по выживанию в природе, ориентированию на местности, а также туристический практикум. Туризм сам по себе – весьма полезный элемент военной подготовки, так как учит навыкам жизни в полевых условиях. А так как туризмом увлекаются сотни тысяч человек, то и не придумать лучшего повода для конспирации.

Второй уже куда менее безобиден, так как учит участников основам организаций массовых беспорядков и эффективному использованию социальных сетей в работе. Результаты наработок этого сегмента мы все видели на «евромайдане», и комментарии здесь излишни.

Третий блок посвящён идеологической «промывке мозгов» будущих борцов за торжество бандеровских идеалов. Ну как же без этого?

Четвёртый включает в себя марш-броски, прохождение полосы препятствий, соревнования по кик-боксингу, рукопашному бою, стрельбе и регби, страйкбольные игры, а также… занятия по основам промышленного альпинизма (читай – захвата зданий). Ибо теория – хорошо, но без практики она мертва.

Для полного подавления личности в лагере устроен режим, подобный тому, который культивируют тоталитарные секты: поменьше сна, минимальный досуг, и только для удовлетворения минимума бытовых потребностей, например, зашить майку и постирать носки. Алкоголь категорически запрещен, а курение участникам разрешается всего десять минут в сутки в строго определенное время. Питание — только из общего котла: никаких «келейных трапез».

Понятно, что уже в первые несколько суток сознание молодого человека превращается в благодатное поле для культивирования агрессивно-националистических идей. А через пару недель юный националист полностью готов к использованию в массовых беспорядках или в качестве диверсанта. Возможно – даже диверсанта-смертника.

Что же касается нынешних тренировочных лагерей необандеровцев, то просматривается упор на подготовку к партизанской войне.

Прежде всего – бросается в глаза обилие таких мероприятий: подпольные организации, как правило, создаются из людей, достаточно тесно общающихся между собой по жизни. Вот и ищут нацисты любые поводы для общения своих адептов.

Второе – то, с чего мы начинали: появление пунктов программы, мало востребованных в регулярной армии по причине отсутствия дефицита в соответствующих специалистах, но весьма востребованных у партизан. Ещё – повышение возраста курсантов: средний возраст участников партизанских формирований, как правило, выше, чем в регулярных частях.

И, наконец, изменение географии проведения бандеровских тренировочных лагерей с креном на Запад Украины: в восточных регионах осталась разве что проводящаяся под Полтавой «Отвага».